13. Подкарпатская Русь – суверенная республика

Подавив попытку галичан захватить власть в автономной республике Подкарпатская Русь, чехословацкие войска успешно сдерживали наступление венгерской армии, начавшей ее оккупацию. В то же время правительство А.Волошина надеялось, что Гитлер вмешается и Венгрия выведет свои войска из Подкарпатской Руси. Потому оно занималось не вопросами обороны, а вопросами провозглашения автономной республики Подкарпатская Русь суверенной республикой под названием Карпатская Украина и распределением в ней министерских должностей. А.Волошин написал правительственную телеграмму, отправленную 14 марта «молнией» Гитлеру с таким текстом: «От имени правительства Карпатской У краины прошу Вас признать провозглашение независимости под защитой Немецкого Рейха». Не дождавшись ответа, А.Волошин направил в Берлин вторую «молнию» с аналогичным текстом. Ответ на эти телеграммы ему сообщил лично немецкий консул Г.Гофман. По поручению Берлина он сказал, что надеяться на помощь Германии не стоит, так как венгерская армия уже заняла почти всю территорию Подкарпатской Руси и Берлин не может повлиять на ситуацию. Одновременно Г.Гофман предложил А.Волошину, чтобы в состав формируемого правительства суверенной Карпатской Украины включить нескольких галичан из числа членов военного штаба «Карпатской Сечи».

Данное сообщение Г.Гофмана вносило существенные коррективы в ранее согласованный с Берлином план провозглашения суверенной республики Карпатская Украина и ее выхода из состава федеративной Чехословакии. По международному праву и законодательству Чехословакии, основные полномочия парламента сводились к принятию законов, а «поставщиком» законопроектов являлось правительство. В полномочия парламента автономной республики Подкарпатская Русь входило избрание президента и утверждение состава правительства, сформированного ее президентом. Следовательно, Совет министров автономной республики Подкарпатская Русь 14 марта 1939 года занимался разработкой законопроекта провозглашения суверенной республики Карпатская Украина и обсуждением кандидатур в состав ее правительства. Их 15 марта 1939 года предстояло рассмотреть на первой сессии парламента автономной республики Подкарпатская Русь и утвердить принятием соответствующих законов. Об этом 14 марта 1939 года в 17 часов сообщил по Хустской радиостанции А.Волошин, премьер-министр правительства автономной республики Подкарпатская Русь. Он сказал: «Граждане и гражданки Карпатской Украины! Решением словацкого парламента была провозглашена независимость Словакии. Этим была изменена и международная ситуация Карпатской Украины, которая решением нашего парламента будет ещё официально провозглашена независимой державой. До окончательного решения нашего парламента наша власть уже сейчас эту нашу независимость провозглашает. Состав правительства независимой Карпатской Украины (будет предложен на утверждение парламента – авт.) такой: премьер – Августин Волошин, заграничные дела – Юлий Ревай, внутренние дела – Юрий Перевузник, хозяйство – Стефан Клочурак, финансы и коммуникации – Юлий Бращайко, здоровье и социальная опека – Николай Долинай». На следующий день газета «Нова свобода», официальный орган правительства, опубликовала эту речь А.Волошина.

Следовательно, в сообщении по радио А.Волошин эзоповским языком известил население, что Совет министров автономной республики Подкарпатская Русь разработал законопроект о провозглашении Подкарпатской Руси независимым государством под названием Карпатская Украина. Однако правительство Карпатской Украины только «решением нашего парламента (автономной Подкарпатской Руси – авт.) будет еще официально провозглашено». Поскольку ситуация заставляет еще до принятия «окончательного решения нашим парламентом» (автономной Подкарпатской Руси) это сделать, то правительство автономной республики Подкарпатская Русь предварительно «нашу независимость провозглашает». Напомним, состав правительства автономной республики Подкарпатская Русь на 14 марта 1939 года был в таком составе: премьер-министр А.Волошин, министр хозяйства – С.Клочурак (вместо Ю.Ревая), министр внутренних дел – Л.Прхала, министр без портфеля – Ю.Бращайко, а государственные секретари Ю.Перевузник и Н.Долинай.

В конце рабочего дня, 14 марта 1939 года, посол Венгрии в Чехословакии пытался вручить премьер-министру Чехо-Словакии Р.Берану ультиматум о капитуляции чехословацких войск, защищавших Подкарпатскую Русь от вторжения венгерских войск. Чтобы уйти от ответа на этот ультиматум, венгерскому послу объяснили, что А.Волошин по радио провозгласил суверенитет Подкарпатской Руси, которому и следует вручать ультиматум.

После этого визита венгерского посла министерство обороны Чехословакии отдало генералу Л.Прхале приказ об эвакуации войск из Подкарпатской Руси. Следовательно, дислоцированные в Подкарпатской Руси чехословацкие войска защищали Подкарпатскую Русь как от штурмовых отрядов «Карпатской Сечи», так и от вторжения Венгрии до тех пор, пока А.Волошин не выступил по радио с предварительным провозглашением о том, что автономная республика Подкарпатская Русь стала суверенной республикой под названием Карпатская Украина. Ян Гержман, старший офицер связи 12-й дивизии с правительством А.Волошина, в докладной генеральному штабу чехословацкой армии написал: «…пограничники отступили, однако чехословацкие воинские части, дислоцированные возле трех городов (Перечни, Свалява и Хуст – авт.) отбили атаку и заняли оборонительные позиции…наши части сохранили свои оборонительные позиции, а венгры, вопреки численному превосходству, только в некоторых местах продвинулись вперед. Изменение наступило тогда, когда командование дивизии и ее подразделения получили приказ эвакуироваться».

Генерал Л.Прхала 15 марта сказал капитану Ю.Билею, начальнику полиции в городе Хуст, чтобы полиция взяла под охрану казармы «Карпатской Сечи», в которых находились задержанные сечевики, совершавшие захват власти. Однако Ю.Билей не спешил брать под охрану казармы с сечевиками, и Л.Прхала заявил ему, что в связи с эвакуацией войск он вынужден отдать приказ о снятии охраны сечевиков, содержавшихся в казармах. Оставшись без охраны, сечевики убежали из казарм в прилегающий к Хусту лес. Вслед за ними в лесу скрылись выпущенные В.Билеем около 200 галичан и их местных единомышленников, которые были арестованы и находились под охраной полиции в подвале здания правительства. В их числе полковник УГА Филонович.

Эвакуировать Ужгородский 6-й пехотный полк из Перечина в Словакию не представляло сложности, так как граница Словакии находилась в нескольких километрах от Перечина. Другое дело эвакуировать 45-й пехотный полк, т.к. все дороги из Хуста в сторону Словакии были в руках венгерской армии. Пришлось хустскому полку эвакуироваться через Карпаты и Польшу.

Поэтому бойцов 45-го полка из числа граждан Подкарпатской Руси были демобилизованы. Словаки и русины Восточной Словакии, уже как граждане суверенной Республики Словакия, также потребовали демобилизовать их, чтобы кратчайшим путем и пешим порядком вернуться домой. С согласия Праги, генерал Л.Прхала отдал приказ демобилизовать и их.

Перед полуднем 15 марта 1939 года в Хуст прибыл полковник венгерского генштаба Вимспер в качестве парламентёра с ультиматумом о капитуляции. Его принял А.Волошин и попросил, чтобы венгерская армия дала возможность парламенту принять пару законов и до утра 16 марта 1939 года вместе с правительством эмигрировать в Румынию. Затем А.Волошин провел совещание Совета министров Подкарпатской Руси, на котором без Л.Прхалы обсуждались различные предложения о действиях правительства Подкарпатской Руси в сложившейся ситуации. В том числе были предложения просить суверенную Словакию о присоединении Подкарпатской Руси на правах автономии. Непосредственно с этого совещания министр С.Клочурак отбыл в Словакию просить И.Тисо о присоединении Подкарпатской Руси к Словакии. Министр Ю.Бращайко и госсекретарь Н.Долинай были командированы в Будапешт просить перемирия, чтобы начать переговоры о присоединении Подкарпатской Руси к Венгрии на правах автономии. Поэтому С.Клочурак, Ю.Бращайко и Н.Долинай, являвшиеся депутатами парламента Подкарпатской Руси, отсутствовали на состоявшемся 15 марта пленарном заседании парламента. В конце этого совещания правительства Подкарпатской Руси А.Волошин подытожил, что «против нас наступает регулярная армия, и сопротивляться ей нет никакого резона. Дело Карпатской Украины требует от нас работы, а не нашей смерти».

Тем временем первая эвакуационная автоколонна 45-го чехословацкого полка после полудня 15 марта выехала из Хуста в сторону Польши и вечером достигла устроенного сечевиками в Воловском округе завала с засадой. Как написал в своих мемуарах Ю.Химинець, когда солдаты начали оттаскивать поваленные на дорогу сосны, сечевики осветительными ракетами осветили автоколонну и открыли по ней пулеметно-ружейный огонь, забросали гранатами. «В 9 часов вечера бой закончился. Чешская армия отступила, имея убитых и раненых. Сечевики захватили два грузовика, один тяжелый пулемет и другое военное снаряжение», – написал Ю.Химинец. Воспоминания участника боя возле этой засады Г.Яворенко помещены в сборнике «Заповіт Срібної Землі» (Львов, «Світ», 2001). Он утверждает, что сечевики «в 8. 30 часов вечера вступили в бой с чешской армией, которая следовала на автомашинах в количестве 250 – 300 бойцов, и была задержана перед баррикадой…в 20 часов 50 мин. бой закончился. Враг позорно бежал, потеряв примерно 100 убитыми и много ранеными». Подвергшаяся нападению сечевиков автоколонна хустского пехотного полка вернулась в Хуст, и дальнейшая его эвакуация осуществлялась в Румынию. Чтобы обезопасить демобилизованных русинов и словаков от нападений сечевиков в пути их следования домой, генерал Р.Прхала разрешил им взять с собой личное оружие под расписку о том, что у себя дома они сдадут его полиции.

Оказавшись на свободе, сечевики из Галичины решили в этой неразберихе вооружиться, чтобы дома продолжить с оружием в руках борьбу с Польшей. Из них стихийно образовались две большие группы, по 600 – 800 человек в каждой. Первая сформировалась в лесу между сёлами Довгое и Билки Иршавского округа под командованием Иосифа Карачевского («Свободы»), а вторая сформировалась в лесах возле Тячева под командованием М.Колодзинского. Они нападали на отдельных крестьян, жандармские участки и магазины, чтобы завладеть гражданской одеждой, оружием, продовольствием и деньгами. Однако настоящую охоту они устроили на демобилизованных русинов и словаков 45-го полка, возвращавшихся домой пешим порядком, чтобы завладеть их оружием и униформой. Сечевики использовали для этих нападений окопы вдоль дорог, выкопанные бойцами чехословацкой армии для сдерживания наступления венгерских войск. Гренджа-Донской в своих воспоминаниях так описал эти нападения. Десятки безоружных сечевиков, желая завладеть оружием, занимали окопы вдоль дороги. Когда к их засаде приближалась группа демобилизованных русинов или словаков чехословацкой армии, перед ней неожиданно из окопа появлялся вооружённый сечевик с ультиматумом: немедленно сложить на землю оружие или же он отдаст находящимся в окопах сечевикам приказ открыть по колонне огонь. Демобилизованным бойцам в возрасте до 45 лет не хотелось быть убитыми или ранеными из-за винтовки, которую и так предстояло дома сдать в полицию. Поэтому они под угрозой смерти отдавали свое оружие и амуницию сечевикам из Галичины. Под такой угрозой поручика И.Чучки из Баранинец галичанам удалось завладеть 120 винтовками и 8 пулеметами с боеприпасами к ним.

В 15 часов 15 марта 1939 года должна была начать пленарное заседание первая сессия парламента автономной республики Подкарпатская Русь, которое предстояло открыть старейшине А.Волошину. Однако А.Волошин задерживался, так как беседовал с немецким консулом Г.Гофманом. Консул требовал внести в закон об утверждении правительства суверенной республики Карпатская Украина двух галичан из числа членов военного штаба «Карпатской Сечи». А.Волошин ответил, что сечевики из Галичины настолько скомпрометировали себя в глазах граждан, что депутаты парламента не проголосуют за включение их в состав правительства. Эти переговоры Г.Гофмана с А Волошиным закончились тем, что из проекта повестки дня был исключен вопрос об утверждении состава правительства Карпатской Украины.

Из-за переговоров с Г.Гофманом А Волошин явился в зал заседания парламента в 15 часов 20 минут. Протокол этого пленарного заседания парламента стенографически изложил в книжечке «Сойм Карпатской Украины» С.Росоха, который был избран первым заместителем председателя парламента. С.Росоха в этой книжечке написал, что вначале председатель избирательной комиссии принял у депутатов присягу. Затем А.Штефан, директор Мукачевской торговой академии, был избран председателем парламента Подкарпатской Руси, а С.Росоха и Федор Ревай были избраны его заместителями. После утверждения постоянно действующих парламентских комиссий, парламент Подкарпатской Руси принял закон под № 1, которым автономная республика Подкарпатская Русь провозглашалась суверенной республикой под названием Карпатская Украина. В нем сказано: «§ 1. Карпатская Украина есть независимое Государство. § 2. Название государства есть: «Карпатская Украина». § 3. Карпатская Украина есть Республика с Президентом, избранным Парламентом Карпатской Украины, во главе… § 8. Этот закон приобретает силу сразу же после его принятия».

После принятия закона под № 1 депутаты парламента автономной республики Подкарпатская Русь посчитали, что автоматически стали депутатами парламента суверенной республики Карпатская Украина. Уже как депутаты парламента Карпатской Украины они большинством голосов избрали А.Волошина ее президентом. Чтобы не включать в состав правительства Карпатской Украины галичан, президент А.Волошин не вносил на утверждение парламента состава правительства Карпатской Украины. Хотя этот вопрос был предусмотрен повесткой дня, а накануне А.Волошин сообщил по радио список кандидатов в состав правительства Карпатской Украины.

Пленарное заседание парламента закончилось 15 марта 1939 года в 18 часов 42 минуты. Вечером того же дня А.Волошин выехал в пограничное с Румынией село Великий Бычков, в котором через Тису был мост в Румынию. Заночевав там, А.Волошин утром, как только начал работать на румынской стороне моста пограничный контрольно-пропускной пункт, уехал в Румынию. Уехал вместе с председателем парламента Карпатской Украины А.Штефаном. В Румынии их уже ожидал Сергей Ёфремов, директор финансовой службы (ресорта) правительства Подкарпатской Руси. С.Ефремов по указанию А.Волошина, под видом дипломатической почты, прихватил с собой казну правительства Подкарпатской Руси и передал ее в Румынии А.Волошину. Вечером 16 марта венгерские войска вошли в Хуст, а 18 марта 1939 года завершили аннексию Подкарпатской Руси – Карпатской Украины. В этот же день, 18 марта, А.Волошин и А.Штефан с вывезенной для них С.Ефремовым казной Подкарпатской Руси уже находились в королевской Югославии. Они предполагали, что их там примут с распростертыми объятиями, так как в составе Югославии было три немалых региона (Бачка, Банат и Срем), еще при Австрии населенные переселенцами-русинами из Подкарпатской Руси.

Однако югославский принц Павел II, являвшийся регентом королевской Югославии, был осведомлен о том, что в убийстве его отца Александра I, короля Югославии, принимал участие

М.Колодзинский. Что М.Колодзинский с благословения А.Волошина создавал военный штаб «Карпатской Сечи», а затем возглавлял его. Поэтому А.Волошину пришлось искать теплого приема в Берлине, а С.Ефремов последовал в Америку. Поскольку С.Ефремову, полковнику петлюровской армии, было стыдно признаваться, что в Карпатской Украине он ведал финансовыми вопросами и стал соучастником хищения ее государственной казны, то он преподнес себя среди земляков и однополчан в США в качестве героя Карпатской Украины. Он написал статью «Кровавый март Карпатской Украины», которая 4 марта 1954 года была опубликована в украинской газете «Свобода». В ней С.Ефремов назвал себя командующим боевиками «Карпатской Сечи». А чтобы земляки и однополчане поверили его несуразной фантазии, в этой статье он написал о якобы сохранившемся у него приказе «Министерства военных дел Карпатской Украины» под № 1 и опубликовал его. Поскольку этот сфабрикованный С.Ефремовым приказ многие украинские псевдоисторики принимают как неоспоримый документ, цитируем его и мы языком оригинала:

«Приказываю: Полковник С.Ефремов, как командант Национальной обороны Карпатской Украины, подчиняет себе штаб в составе лиц: 1. полковник Михаил Гузар, 2. полковник Филонович, 3. надпоручик Парканий, 4. надпоручик Гулянич, 5. поручик Бабиля, 6. подпоручик Андрей Ивашкевич, 7. подпоручик Пуглик Михаил, 8. подпоручик Вайда Степан, 9. поручик Петро Черный, 10. поручик Щука Борис, 11. командант ОНОКС Иван Роман, как интендант. Хуст, дня 15.03.1939. Степан Клочурак (подпись) Министр по делам военным Карпатской Украины».

О том, что этот приказ фальшивка, свидетельствуют неоспоримые факты. Парламент Подкарпатской Руси начал работу в 15 часов 20 минут 15 марта 1939 года и только в 18 часов 12 минут принял закон о преобразовании автономной республики Подкарпатская Русь в суверенную республику под названием Карпатская Украина. В 18 часов 30 минут парламент избрал А .Волошина президентом, а в 18 часов 42 минуты закончил свою работу. Спрашивается: каким образом 15 марта 1939 года С.Клочурак стал «Министром по делам военным», если А.Волошин в выступлении по радио о министерстве по делам военным даже не упоминал, а С.Клочурака назвал кандидатом в министры по делам хозяйства. Кроме того, парламент вообще не рассматривал вопрос о составе правительства и не утверждал его состав. К тому же С.Клочурак еще до открытия заседания парламента из заседания Совета министров Подкарпатской Руси отправился в Братиславу договариваться с присоединении Подкарпатской Руси к Словакии на правах автономии. Таким образом, С.Клочурак просто не мог 15 марта 1939 года подписать вышеупомянутый приказ от имени министра по военным делам. Да и сам С.Ефремов в тот момент, когда этот приказ предположительно должен был создаваться, уже был в Румынии с государственной казной Подкарпатской Руси.

Нет сомнений в том, что упомянутый «приказ № 1» написал сам С.Ефремов. Это следует из названных в приказе имен. Трудно поверить, чтобы С.Клочурак не знал упомянутых в приказе имен и потому не упомянул даже их инициалов. В то же время этого не знал С.Ефремов как руководитель финансовой службы. Поэтому в сфабрикованном им приказе Колодзинского он назвал Гузаром, Романа Шухевича – Борисом Щукой, а Григория Барабаша -Петром Черным. Фальсификацию приказа № 1 подтверждает включение в список офицеров-разведчиков чехословацкой армии Иосифа Парчана и Михаила Гулянича с искажением их фамилий и без указания их имени или инициалов. Фамилия гражданин Словакии Парчан приведена как Парканий, потому что в Хустском регионе фамилия Парканий распространена. И.Парчан и М.Гулянич 14 марта были представителями министерства национальной обороны Чехословакии на переговорах с представителями военного штаба «Карпатской Сечи» о капитуляции штурмовых отрядов «Карпатской Сечи». В то же время полковник УГА Филонович за участие в путче был задержан и находился среди арестованных путчистов под охраной полиции в подвале здания правительства. Следовательно, включение кадровых офицеров-разведчиков чехословацкой армии И.Парчана и М.Гулянича, а также арестованного Филоновича в сфабрикованный С.Ефремовым приказ № 1 является плодом фантазии и самовозвеличения С.Ефремова.*

К сожалению, ныне таких фальшивых документов о «героизме» и «подвигах» в борьбе против автономной республики Подкарпатская Русь и ее титульной русинской нации немало. В то же время не упоминается о гибели многих молодых сечевиковгаличан, которые поддались на провокацию ныне «героев» Украины и оставили учебу, родителей и родной дом, чтобы бесславно погибнуть в чужой им Подкарпатской Руси. Ибо немалая часть сбежавших из оставленных без охраны казарм сечевиков собралась в лесах Иршавского округа. Командир «Карпатской Сечи» в этом округе И.Карачевский («Свобода») принял решение, что сначала им необходимо вооружиться, а затем с оружием в руках прорваться через польскую границу, чтобы дома воевать с поляками за независимость Западноукраинской республики. Поэтому сечевики в Иршавском округе и нападали на демобилизованных и возвращавшихся домой русинов и словаков. Об этом скоплении сечевиков в лесах Иршавского округа стало известно командованию венгерской армии, и 16 марта 1939 года сечевики были окружены. На предложение сложить оружие и сдаться И. Карачевский отдал приказ открыть по венграм ружейный огонь. В результате – вся эта группировка сечевиков потерпела сокрушительное поражение. Командование венгерскими войсками в телеграмме своему генеральному штабу 17 марта 1939 года докладывало в Будапешт, что в боях с сечевиками, окруженными в районе Иршавы – Билкы – Довгое, было «более 200 убито и более 400 ранено. В плен взято около 300 человек». Однако И.Карачевскому с небольшой группой сечевиков удалось выйти с окружения и он нашел пристанище в Германии. Вторая и несколько меньшая группа сечевиков собралась в лесу Тячевского округа. Поскольку Гузар-Колодзинский был ранен и попал в плен, то эту группу возглавил полковник Филонович. Убегая от преследования венгерских войск, эта группа ранним утром 17 марта вброд перешла Тису и оказалась на румынской стороне. Однако румынские пограничники в тот же день передали их венгерскому командованию.

Получив от Гитлера санкцию на аннексию (присоединение силой) Подкарпатской Руси, регент М.Хорти решил воспользоваться благосклонностью Гитлера для аннексии остальной части русинской территории в Восточной Словакии. Венгерские войска в 06 часов 23 марта 1939 года вторглись в Словакию и к вечеру заняли территорию на запланированном рубеже: Улич – Старина, Убля – Станчин и Тибава – Собранцы. В ответ Словакия своей авиацией нанесла бомбовые удары по венгерским войскам и военным объектам в Собранцах и Ужгороде и начала готовить свои войска к отражению агрессии. Пришлось вмешаться Берлину, и Венгрия, не успев завершить акцию присоединения Прешовской Руси, прекратила боевые действия против Словакии. По требованию Берлина, 28 марта 1939 года Венгрия и Словакия начали переговоры, в результате которых Словакия уступила Венгрии 20-километровую полосу вдоль реки Уж, где было расположено 74 русинских населенных пункта и проходили железная и автомобильная дороги в Польшу.

На основании архивных документов министерства иностранных дел Венгрии, венгерский историк Сент-Иваник утверждает, что среди убитых и раненых боевиков «Карпатской Сечи» были лица с документами о том, что они являются офицерами немецкой армии, хотя и были одеты в униформу сечевиков. По требованию Берлина, Венгрия их отпустила в Германию, а всех сечевиков из числа галичан амнистировала. В то же время активные члены «Карпатской Сечи» из числа граждан Подкарпатской Руси и далее оставались в местах лишения свободы для установления их причастности к преступлениям против мирных граждан. В их числе – Ф.Ревай, С.Росоха, Гренджа-Донской и другие. Спасаясь от репрессий венгерских властей, из Подкарпатской Руси в Советский Союз бежали руководители Подкарпаторусинского краевого комитета коммунистической партии Чехословакии. В их числе: Олекса Борканюк, Иван Туряниця, Самуил Вайс, Иван Локота, Николай Климпотюк, Иван Балега и другие. Многие из них в Советском Союзе были трудоустроены в Коминтерне или в «Международной организации помощи революционерам», являвшейся официальным прикрытием для профессиональных агентов Коминтерна. Это в частности И.Туряниця, И.Локота, Н.Климпотюк, Самуил Вайс, Иван Балега и другие.

Венгрия по указанию Берлина амнистировала плененных ею сечевиков из числа галичан и предложила им выбор: возвращаться в родную им польскую Галичину или эмигрировать в Германию. Избегая ответственности за свои действия в Польше, большинство из них эмигрировали в Германию. Галичанин В.Бирчак, главный идеолог в правительстве А.Волошина, возглавил при немецком консульстве в Хусте отдел по отправке пленных сечевиков в Германию. Затем, 30 апреля 1939 года он уехал в Прагу, где написал книгу: «Карпатська Україна: спомини і переживання». В ней сказано, что военный штаб «Карпатской Сечи» «вмешивался во всё, везде хотел быть, во всём лишать голоса других, все дела решать…Это было второе правительство Карпатской Украины, которое именно тем, что оно было вторым, вносило хаос и раскол». Подражание исключительности немецкой нации и сотворение в русинской Подкарпатской Руси «украинской национальной исключительности, самостийности, соборности, даже в тех условиях было утопией и авантюрой», – утверждал В.Бирчак в упомянутых воспоминаниях.

Член-корреспондент Института политологии Национальной академии наук Украины, доктор исторических наук М.Болдижар пишет: «В период правления Августина Волошина наш край оказался в плену самостийников Галичины, которые терроризировали народ Подкарпатской Руси, проводили над ним свои авантюрные испытания, которые, к счастью, длились не долго».

Из сказанного в этой и предыдущих главах следует, что ОУН умышленно совершала против русинской нации историческое преступление. Следствием этого исторического преступления стало уничтожение автономной республики Подкарпатская Русь. Историческое преступление требует исторического покаяния.